Он пытался заговаривать с жителями, но они смотрели на него так, что Кьюджел начал терять хладнокровие: как будто они благородные лорды, а он дурно пахнущий нищий!

В середине дня он пошёл на юг и примерно через милю увидел на берегу другую деревню. Жители её очень напоминали обитателей Смолода, только глаза у них обыкновенные. Они оказались очень трудолюбивы: Кьюджел видел, как они ловят рыбу в океане и обрабатывают поля.

Он приблизился к двум рыбакам, возвращавшимся в деревню; улов висел у них на плечах. Они остановились, совсем не дружелюбно разглядывая Кьюджела. Он представился как путешественник и стал расспрашивать о землях к востоку, но рыбаки заявили, что ничего не знают: земля дальше пустая, сухая и опасная.

– Я сейчас остановился в деревне Смолод, – сказал Кьюджел. – Её жители хороший народ, но несколько странный. Например, почему у них такие глаза? В чем причина этого бедствия? И почему они ведут себя с таким высокомерием?

– Глаза их – волшебные линзы, – ответил старший из рыбаков ворчливым голосом. – Они дают взгляд на Верхний мир; почему бы их владельцам не вести себя как лордам? И я буду таким, когда умрёт Радкут Вомин и я унаследую его глаза.

– Неужели? – удивлённо воскликнул Кьюджел. – Значит эти волшебные линзы можно снимать и передавать другим?

– Да, но кто же променяет Верхний мир на это? – рыбак рукой указал на унылую местность. – Я долго трудился, и настала моя очередь вкусить прелести Верхнего мира. После этого нечего опасаться, кроме смерти от излишка блаженства.

– Очень интересно! – заметил Кьюджел. – А как мне получить пару таких волшебных линз?

– Работай, как все остальные в Гродзе; внеси своё имя в список и трудись, чтобы обеспечить лордов Смолода продовольствием. Тридцать один год я выращивал чечевицу и эммер, ловил рыбу и коптил её на медленном огне, и вот теперь имя Бубача Анга во главе списка, и ты можешь добиться того же самого.

– Тридцать один год, – размышлял Кьюджел. – Немалое время. – Фиркс пошевелился, причинив печени Кьюджела большое неудобство.