— Подожди, подожди, Мона, — поморщился учитель. — Какой ещё камень? Амнита, может, ты более вразумительно объяснишь, что тут произошло?

— Олор хотел сорвать с меня кулон. Я его оттолкнула, и он упал. Вот и всё. Он первый полез, я его но трогала.

— У неё нечеловеческая сила! — крикнула Мона. — Это всё из-за колдовского камня. Он у неё светился, а теперь потух… Она ведьма!

— Этот кулон мама подарила мне перед смертью, — обращаясь к учителю, сказала Амнита. — Он мне дорог как память, и я никому не позволю к нему прикоснуться.

— Он светился, светился! — не унималась Мона. — И Олор видел!

— Я не знаю, о чём она говорит, учитель, — пожала плечами Амнита. — Ещё недавно эти двое выпрашивали у меня кулон, потом попробовали отнять, а теперь она кричит, что это колдовской камень. Зачем же он тебе, Мона? Ты хочешь научиться колдовать? Но ведь для этого недостаточно служить злым демонам. Для этого нужны хоть какие-то мозги.

Мона не нашлась, что ответить, и разревелась.

— Быстро все в школу! — скомандовал учитель. — Мы и так потеряли много времени.

— Успокойся, — сказал он Моне. — Умойся, попей воды и приходи на урок.

— А ты, Олор, можешь сегодня идти домой. Пора бы тебе уяснить, что в таком возрасте уже неприлично драться с девочками.

Амниту он ни словом не упрекнул. Она была его любимой ученицей. Вообще-то учитель Хастин не питал особой любви к детям. Его способности не позволили ему стать учёным, но он уважал одарённых людей. Хастин ценил Амниту как обладательницу совершенного интеллекта. Таких, как Мона, он не принимал всерьёз, а тупицы вроде Олора вызывали у него лишь холодную брезгливость.

Учитель Хастин никогда бы не стал делать историю из детской драки, но родители Олора подняли такой шум, что умудрились настроить против Амниты родителей чуть ли не всех учащихся этой школы. Однажды вечером отец пришёл домой совершенно растерянный.