Обвязанный концом верёвки, Горди прополз к яме и начал спускаться. Как Риз и опасался, под весом натянутой верёвки часть маскировочного настила рухнула вниз. Однако Горди свободно завис на верёвке на приличном расстоянии от острых кольев.

Риз перекинул верёвку вокруг ствола молодого деревца и начал потихоньку отпускать её, пока Горди не крикнул, что достиг дна ямы. Верёвка обмякла. Потом несколько раз дёрнулась, когда мальчик обвязал её вокруг саларики.

— Не торопись, — тихо посоветовал Риз. — Проверь узел, Горди.

— Да, сейчас, — донёсся снизу голос. Пыль по-прежнему клубилась в воздухе. — Готово! — и тут же, как под действием эха, верёвка дёрнулась. Риз начал вытягивать её вверх. Во всяком случае весь маскировочный настил уже разрушился, и хотя верёвка всё ещё врезалась в край ямы, земля больше не осыпалась. Внезапно над поверхностью показалась махающая рука, и клешнеобразные ногти саларики вонзились в землю — таким способом девочка стала помогать Ризу.

Он подтянул её к себе, ослабил петлю, которую завязал Горди, и сбросил верёвку обратно вниз. Саларика согнулась у его ног и принялась зализывать языком рану на руке, вздрагивая всем своим маленьким тельцем. Но Ризу пришлось вытаскивать мальчика, прежде чем он смог более обстоятельно обследовать её рану. Когда Горди снова оказался на твёрдой земле, Риз встал на колени рядом с маленькой инопланетянкой, мягко притянул её раненую руку к своим коленям и застыл, увидев колючки на её сероватой коже, уже потемневшие.

— Шипы Ка! — в ужасе прошептал Риз. Одно из самых дьявольских средств кроков-охотников. И против него имелось только одно противоядие. Риз крепко прикусил губу. У него в машине была аптечка, и он прекрасно знал её содержимое.