Выпрямившись, женщина заглянула в глубокий проем, затем просунула туда руку до самого плеча, и, прижимаясь лицом к каменной кладке, стала что-то выщупывать. Наконец Сара нашла цепь и попыталась вытянуть ее вниз. Цепь крепко застряла. Как она ни старалась, сдвинуть ее не получалось. Выругавшись, Сара глубоко вздохнула и собрала все силы для новой попытки. На этот раз цепь поддалась.

Еще секунду ничего не происходило, хотя Сара продолжала тянуть цепь одной рукой. Затем послышался звук, похожий на отдаленный грохот, донесшийся из глубин моста.

Перед ней, сбросив известковую пыль и сухой мох, разошлись невидимые до того соединения в камне, и открылось неровное отверстие размером с дверь — часть стены отошла назад, а затем поднялась вверх. Все вновь стихло, и было слышно лишь журчание ручья и бормотание дождя.

Ступив в темный проход, Сара достала из кармана пальто маленький брелок с фонариком и включила его. Круг тусклого света осветил пятнадцатиметровую комнатку, высоты потолка которой как раз хватало, чтобы она могла выпрямиться в полный рост. Осмотревшись, Сара заметила пылинки, лениво парившие в воздухе и паутину, толстую, словно полусгнивший гобелен, которая протянулась по верху стен.

Это место соорудил прапрадед Сары в том же году, когда забрал свою семью под землю ради новой жизни в Колонии. Превосходный каменщик, он использовал все свое умение, чтобы спрятать комнату внутри осыпающегося, полуразрушенного моста на редко используемой фунтовой дороге, специально выбрав место, находившееся в километрах от любого селения. Ни один из родителей Сары не смог ответить, ради чего он это делал. Но каким бы ни было ее первоначальное предназначение, комната была одним из немногих мест, где беглянка и вправду чувствовала себя в безопасности. Сара верила, что тут ее никто никогда не найдет. Она стянула с головы шарф и распустила волосы, позволив себе расслабиться.