— Мы пока не нашли никаких следов, мистер Лукан, — заявил Джулиан Гарретт. — Заглянули под каждый камень в Фениксе. Словно она никогда и не существовала, кроме короткого промежутка времени, когда работала в том универмаге.

— Проклятье, да это же почти целый месяц, — возмутился Макс Лукан.

— Я понимаю, сэр.

Макс встал из-за стола и прошелся до окна своей конторы. Рассеянно тронул черный гранитный пьедестал, стоявший поблизости. На пьедестале застыла бронзовая статуя сидевшей кошки

Египетская статуя. Как и все антикварные предметы в комнате, она была подлинной. И датировалась приблизительно шестым веком до рождества Христова. Но не возраст статуи занимал Макса. А та мощь, которую скульптор каким-то образом вложил в металл. После стольких столетий энергия фигурки все еще что-то нашептывала Максу.

— Как мог какой-то искатель с талантом небольшого уровня так легко исчезнуть с горизонта? — спросил он.

— Черт возьми, да я сам сбит с толку, — ответил Джулиан.

— Роулинз и Берли все еще не восстановили свою память?

— Нет, сэр, и думаю, нам следует смириться, что никогда и не вернут ее. Очевидно, эта дамочка с талантом искателя ввергла их в какое-то состояние амнезии. Они помнят, как она была в том магазине, а следующее, что они запомнили, как вышагивают перед каким-то рестораном за три мили оттуда.

У Макса волосы встали дыбом на затылке. Он знал почему. От него ускользнули важные детали головоломки.

— Интересно, что Роулинза и Берли не переехала ни одна машина, когда они как слепые шагали через все вечерние потоки транспорта в Фениксе.

— И они тоже не могут это вычислить, — согласился Джулиан. — Им потребовалось пересечь множество улиц по ходу, чтобы добраться до того ресторана. Полагаю, просто чертово везенье.