Зачарованная плавным ритмом его речи, я не сразу осознала, что Лайзо уже не сидит за столом напротив меня, а стоит на коленях у моих ног и держит меня за руку. Смуглые пальцы обжигали даже сквозь перчатку.

— Что это значит?

Я обмирала от сладкого ужаса, сердце колотилось уже где-то в горле, но голос у меня звучал достаточно устало и равнодушно, а рука не дрожала.

Пока.

— Это значит, что я прошу вам дать мне шанс, — ответил спокойно Лайзо, удерживая мой взгляд. — Назначьте испытательный срок, даже без жалования. Позвольте мне проявить себя.

Не знаю, что бы я ответила… Скорее всего, согласилась бы на любые условия этого обаятельного авантюриста. Но в какой-то момент я подняла глаза и столкнулась взглядом с Мадлен. Губы у нее побелели от злости, а лицо выражало такую смесь ревности и раздражения, что это отрезвило меня, как поток холодной воды.

— Мистер Маноле, боюсь, вы не совсем понимаете, о чем просите, — я мягко высвободила руку. — Если бы Эллис обратился ко мне с подобной просьбой осенью, я бы, разумеется, положилась на его слово и приняла вас на работу, тем более что водитель мне действительно нужен. Но летом — по личным причинам — я вынуждена вести себя очень осторожно. Как графиня, я всегда на виду. Даже будь у вас кристально чистая репутация, все равно пойдут сплетни. Вам достался дар редкой красоты, — я позволила себе снисходительную улыбку. — Представьте, что будут говорить люди, если я стану появляться в свете с молодым и красивым водителем. Наверняка кто-то захочет разузнать о вас побольше… В результате у меня может пострадать репутация, а вы подвергнетесь еще большей опасности.

— Какая такая опасность? — смешно заломил брови Эллис. — Виржиния, только не говорите, что у вас есть ревнивый родственник со средневековыми понятиями о чести, который неусыпно заботится о вашей репутации.