Как и бархатистый мех на крыльях, ее волосы тускло отблескивали в угасающем свете. Она заговорила. У нее был низкий, тягучий голос, своими переливами настолько отличный от всего слышанного мною раньше, что поначалу я чуть было не пропустил смысл ее слов. - Вы кок? - Да, мэм, - пришел в себя я. - Джон Ньюхауз, Венеция, Земля. Чем могу служить? - Джоннухаус? - Да. - Меня зовут Далуза. Я работаю наблюдателем. Хотите пожать мне руку? Я так и сделал. Ладонь у нее оказалась вялая и горячая, но не влажная. Похоже, температура ее тела была чуть выше, чем у обычного человека. - Так значит, вы говорите? - спросила она. - Это удивительно. Никто из моряков не отвечает мне. Так у них, видно, заведено. Мне кажется, они считают меня вестницей. - Весьма близоруко с их стороны. - Да и сам капитан не очень уж далек. А вы, значит, с Земли? - Точно. - Колыбель человечества, да? Мы обязательно поговорим об этом, это так интересно... Но я, верно, отрываю вас от работы? Я пришла сказать, что мне разрешается самой себе готовить. Боюсь, мне придется занять часть вашей кухни. - Неужто вам не нравиться, как я готовлю? Я знаю множество способов и блюд... - Нет-нет, что вы! Совсем не то, просто в вашей еде есть такие вещества... ну, у меня, например, аллергия на некоторые белки, и еще бактерии... Мне приходится быть крайне осторожной. - В таком случае, мы будем часто видеться... - Да. Мои запасы в том ящике, - своей неестественно длинной рукой Далуза указала на синий, окованный железом сундук, задвинутый под привинченный к полу разделочный стол. Пока я корпел над полудюжиной горшков с варевом, фырчавших на плите, она выволокла свой ящик, открыла его, затем выбрала себе медную сковородку, первым делом опрыскав ее антибиотиком общего назначения. - Вы впервые в плавании? - спросил я. На сковороду отправилось с десяток мясистых кружочков размером с печенье и щедрая порция какой-то пряности.