— Уф! — вздохнул он. — В спелеологи не пойду. Хреновая у них работа.

Стряхнув с комбинезона пыль, Северянин двинулся по тоннелю вперед, обходя нагромождения битого камня и клубки исковерканной стальной арматуры. Пискнул биосканер в шлеме — впереди было что-то живое. Зебровски предупреждал, что биосканер очень чувствительный и может реагировать, например, на большие массы вездесущей белесой плесени. Но сигнал повторился, а потом биосканер зажегся оранжевым тревожным огоньком.

Северянин на всякий случай проверил автомат, на ходу перезарядил его и поставил на предохранитель. Огонек биосканера горел постоянно — нечто было довольно близко. Северянин остановился. Темнота в тоннеле стала казаться угрожающей. Протянув руку к шлему, Северянин щелкнул тумблером прибора ночного видения; на несколько секунд он увидел пространство тоннеля перед собой, залитое зеленоватым свечением. Ему показалось, что вдалеке что-то промелькнуло, но рассмотреть, что именно, Северянин не успел — прибор ночного видения отключился. Аккумулятор сел безнадежно. Северянин облегчил душу несколькими фразами, в которых большинство слов были непечатными, но его ругань ничего не могла изменить.

— Хорошо, — пробормотал он. — Попробуем так!

Выстрел из подствольника был совсем негромким, похожим на хлопок в ладоши, зато секунду спустя весь тоннель потряс мощный взрыв. Термобарическая граната наполнила тоннель облаком пламени, а ударная волна едва не сбила Северянина с ног. А потом стало звеняще тихо. Оранжевый огонек биосканера погас.

— Так-то лучше, — сказал Северянин и пошел вперед.

Через двадцать пять или тридцать метров он натолкнулся на труп скрэтча.