Теперь, кажется, сказано было уже окончательно все. И, однако, оставалось ощущение, что разговор не закончен. Все словно ждали чего-то… Тогда Колин пробормотал:
– Ну ладно. Ну все. Значит, в случае чего…
Губы всех шевельнулись одновременно, беззвучно прощаясь.
Колин захлопнул за собой дверцу. По узкому проходу добрался до своего кресла в передней части машины.
– Видеть барохроны, – распорядился Колин на жаргоне хрономехаников. Надо было сразу же дать парню определенное задание. – Если давление скакнет к красной, скажи сразу. Субвремя не шутит. Не забудь, – он поднял палец, – мы везем с собой, может быть, важнейшее открытие, ради которого должны…
Он вдруг умолк и ухватился за карман: почудилось, что материалы больше не лежат там. Нет, они были на месте, пленки из силлура…
Сквозь прозрачный купол он улыбнулся тем, кто стоял снаружи, чуть поодаль от машины. Кивнул им и включил ротаймер.
3
Постепенного перехода не было. Просто какой-то очередной квант времени, реализуясь, продолжил мир уже без них. Для оставшихся хронокара вдруг не стало, лишь воздух колыхнулся, заполняя возникшую пустоту; для Колина и Юры не существовало больше ни поляны, ни людей. Время исчезло. Часы шли, но они ничего не отсчитывали.
Колин усмехнулся про себя: «Исторического времени нет, и никто не может сказать, в каком году мы сейчас находимся. Но физическое время – наше собственное – не обмануть, оно есть, и пройдет еще немало часов, пока мы вынырнем в эоцене.
Там почти наверняка лежат ресты – драгоценные, оставленные Сизовым. Вот он ругался, когда вдруг увидел их в своем багажнике! Но это ничего.
А пока будем внимательнее следить за тем единственным, который только что унес нас из исторического времени».
Колин медленно, по раз навсегда установленному порядку, читал показания приборов. Иногда, когда стрелки устремлялись враздрай, слегка поворачивал лимбы на пульте. Этим внешне и ограничивалось искусство управления хронокаром, сущность же его заключалась в умении предвидеть все и совершать необходимые действия хотя бы на полсекунды раньше, чем произойдет еще один скачок плотности времени.