Мы вышли на улицу, и Волкодав цепко оглядел глазами окрестности. Надеюсь, он не подыскивает наиболее подходящее место, куда можно спрятать мой труп.

– Как вы сюда приехали? На метро?

– У меня... машина.

– Отлично. Где вы припарковались?

Я безнадежно махнула рукой в сторону Шелепихинского моста.

– Вот что, прекращайте трястись и стучать зубами. Я не собираюсь вас бить и все такое... Если ответите на мои вопросы, все будет нормально.

– А если не отвечу? – рискнула спросить я.

Разумеется, Волкодав проигнорировал дурацкую реплику. Со стороны мы, наверное, казались влюбленной парочкой: шли, тесно прижавшись друг к другу, молодой человек бережно поддерживал девушку под локоть... Вот только редкие прохожие вряд ли догадывались, что стальные пальцы Волкодава так стискивают мою руку, что впору застонать от боли.

– Слушайте, мне больно! – сказала я сквозь стиснутые зубы. – Полегче!

Он промолчал, но хватку ослабил. Мы сели в машину – я на водительское место, он рядом. Я лихорадочно обдумывала план побега. Поехать по встречке, включив аварийное освещение, чтобы привлечь к себе внимание? Врезаться в ограждение моста? На светофоре быстро заглушить двигатель, выскочить из автомобиля, закричать? Но Волкодав не дал мне возможности осуществить ни одну из идей.

– Здесь рядом есть укромное местечко, там можно поговорить. Ведите себя спокойно, я обещаю не причинять вам вреда. Да, и без фокусов, хорошо?

Укромное местечко, это, вероятно, кафе? Кажется, за автобусной остановкой я видела какую-то кафешку. Не бог весть что, но... Я приободрилась: в людном месте этот тип ничего мне не сделает. Следуя его указаниям, я поехала вдоль реки, потом свернула на темную улочку, где Волкодав велел мне припарковаться и потребовал ключи.

На кафе это нисколько не походило. Вокруг ни души, рядом помойка, бегают бродячие собаки, в двадцати метрах отсюда, за чахлыми деревцами, плещется река. Обстановочка, надо сказать, идеально подходящая для сокрытия следов преступления. Например, труп утопить тут легче легкого, прецеденты уже есть...