Со свойственным мне непроходимым оптимизмом я подошел к двери, поднялся на несколько ступенек и высунулся поглядеть, не видно ли ремонтников. Фигушки.

Узкая, пыльная, извилистая улочка, на которой находилась моя контора, была нарочно спроектирована так, чтобы солнечные лучи не достигали земли. Зато воздух между ее берегами был еще горячее, чем в помещении. Мне еще повезло, что я обитаю на нижнем этаже, до половины погруженном в песок: почти весь жар, принесенный раскаленным воздухом, уходит вглубь, в грунт. Не завидую моему соседу сверху — вот кому приходится тратиться на кондиционер и прочее. Правда, зато ему не нужно дважды в неделю вооружаться лопатой и выкапывать дверь из-под барханов. А то и чаще, если становится неудобно перед клиентами.

Вернувшись к столу, я немного выждал — не так долго, как в прошлый раз, — и включил комлинк, надеясь, что дамочка не догадается, какая это для меня редкость — два звонка одновременно.

— Извините, что так получилось, — сказал я, когда ее лицо — ее милое личико — вновь возникло на экране. — Дела, дела, дела.

Окинув меня спокойным взором своих серых глаз, она сказала:

— Возможно, вам недосуг браться еще за одно дело?

Ну, такая степень занятости мне грозит редко… Но перед клиентами следует набивать себе цену:

— Смотря какого рода дело, госпожа…

— Кейт Данлет. Я состою при Альтесонском университете здесь, в Далладе. Мы проводим раскопки в окрестностях города, на западном направлении.

Я точно не помнил, что котируется выше — состоять при университете или представлять университет, — но, похоже, это куда почетнее, чем просто работать в университете.

— Продолжайте, — сказал я.

— Я предпочла бы не обсуждать этот вопрос по комлинку. Как вы смотрите на то, чтобы нам встретиться?

— Вы не могли бы хотя бы намекнуть, какого рода ваша проблема? Чтобы у меня была возможность решить, смогу ли я ею заняться?