И, главное, даст Гардин работу, а сам стоит над тобой, контролирует. Будто без него не ясно, как шов варить, как фланец точить, как буксу заменить. Гардина понять можно было - недогляд способствовал расхищению мелкой фурнитуры, которая за забором уходила по сходной цене. Это была ревность - сам Гардин на стороне шабашить не мог, ибо квалификация у него была мелкая: слесарем он был третьего разряда, а сварщиком - вообще второго.

Оклад у мохнорылого был вдвое больше бугра (который пахал по шестому плюс надбавки), но шабашки, то есть нелегальный производственный бизнес, тоже уважал. И делал. Придёт, скажем, к токарю, и говорит:

– Надо выточить то-то и то-то, просверлить здесь… Вот, короче, чертёж, сам разберёшься.

Попробуй не выточи. Запалит потом на мелочи, премии лишит, а на голом тарифе месяц и одному не прожить, чего уж про семью говорить? Короче, не любили Гардина.

Вернёмся на кухню.

Мужики очухались. Сварщик потребовал ответа:

– Это кто здесь такой умный, клёпаная тётя?!

– Куль знает… - Опарыш не знал, куда деваться.

– Сам ты куль! - обиделся кто-то в штанах. - Ширинку застегни, сквозит!

– Мобильник купил? - спросил Вовка. Опарыш испуганно замотал головой.

– Эм-пэ-три плеер?

– Да это он! - Андрюха кивнул вниз.

– Кто?

– Ну… этот… Бен…

И Андрюха рассказал, что пошёл отлить и как-то чересчур энергично встряхнул своего дружка. Тот возьми и скажи:

– Ссы, не ссы, а последняя капля всё равно в трусы.

– Чего? - не понял Андрюха.

– Не тряси, говорят, голова кружится. Вот и познакомились…

– Ты что, свой куль Беном называешь? - удивлению Игоря, казалось, нет предела. - Типа, разговариваешь с ним?

– От куля слышу, - ответил Бен. - Сам, поди, тоже разговариваешь со своим.

– А ты вообще замолчи! - обиделся Игорь. - Не хватало мне ещё с кулями разговаривать.