Раз в неделю к поселку подъезжала скрипучая телега, с которой выгружали плесневелые сухари и попахивающее гнилью мясо. Кроме того, община ловила рыбу в соседней мелкой речушке и заботливо пасла небольшое стадо коз. Сушняк собирали в ближайшем лесу. За попытку покинуть ограниченную территорию жители поселка карались беспощадно. Патрули с собаками ловили несчастного беглеца и устраивали показательное сожжение. После трех неудачных побегов за всю историю поселка оставшиеся смирились с полуживотным существованием и больше не искушали судьбу.

Глэд смутно помнил, как попал сюда. У себя на родине он смог продержаться всего пару дней. После чего вынужден был магическими тропами вернуться назад, на Фэгефул. Здесь, на одной из провинциальных дорог, его и нашел разъезд легионеров. Полубезумного безглазого человека с сочащимися сукровицей ранами приволокли в лепрозорий и оставили умирать в последней пустующей хижине. Провалявшись в бреду три дня, Глэд выполз во двор и долго сидел в пыли, подставив изможденное лицо солнечным лучам. Никто не знал, о чем он думал и что бесшумно шептал про себя. Но с того момента новый жилец пополнил ряды прокаженных и превратился в очередного изгоя великой империи.

Безглазый не зная, почему каждый новый император не уничтожал злосчастный поселок окончательно. Может, это забытое богами место использовали для устрашения опасных политических противников. Может, кто-то из медленно умиравших в покосившихся глиняных домиках раньше носил белоснежную тогу и плел интриги против более удачливых соперников. Какая бы судьба ни забросила несчастного сюда, никто не вспоминал о прошлой жизни. На копание в прошлом было наложено табу. Костлявые фигуры медленно возились на скромных огородах, пасли коз и таскали хворост из леса. Вечерами часть жителей собиралась на скамейке рядом с площадью, чтобы поиграть в кости и зло посмеяться над богатыми соседями. Но большую часть времени отверженные просто сидели по домам, бездумно глядя на гонимые ветром облака.