Их капитан, загадочный человек, о котором ходили слухи, что он наполовину эльф, почти полностью оправился от ран, которые были бы смертельны для любого другого. Магический взрыв, во время которого погибли два старых его товарища, Праджи и Ваджа, зацепил и Кэлиса. Половина его тела была обожжена так, словно его пытались зажарить, однако теперь у него остался лишь едва заметный шрам на лице и шее, обозначенный полоской чуть более светлой кожи, чем все его загорелое тело. Эрик не раз спрашивал себя, суждено ли ему когда-нибудь узнать всю правду о человеке, под чьим началом он служит.

И, начав размышлять о загадках, Эрик вспомнил другого своего спутника, странного игрока Накора. Он стоял отдельно от награждаемых и наблюдал за торжественной церемонией с легкой усмешкой. Рядом с ним стоял Шо Пи, бывший монах, который теперь пристроился к Накору в ученики. Весь последний месяц они прожили во дворце в качестве гостей герцога Крондорского, и Накор не проявлял большой охоты вернуться к своему привычному занятию - надувать простаков в карточных притонах Королевства.

Пока принц поименно перечислял всех представленных к награде, Эрик думал, а что получат мертвецы, например, Бобби де Лонгвиль, неумолимый и твердый как кремень сержант, который сделал больше, чем любой другой, чтобы превратить Эрика в того солдата, каким он стал. На глаза Эрика навернулись слезы, когда он вспомнил, как Бобби умирал у него на руках в ледяной горной пещере, захлебываясь собственной кровью, хлещущей из раны. "И все же, - сказал себе Эрик, - из этого ада я вынес его живым".

Сморгнув слезу, Эрик еще раз поглядел на Кэлиса и обнаружил, что капитан за ним наблюдает. Едва заметным кивком он дал понять, что знает, о чем думает Эрик, и тоже вспоминает утраченных друзей.

Церемония длилась и длилась; а потом она как-то внезапно закончилась, и гарнизон Крондора был распущен. Рыцарь-маршал Уильям, командующий вооруженными силами княжества, подошел туда, где стоял Эрик и остальные.