— Это мой дар… — Как и кот, он передал ответ прямо ей в сознание.

То, что в ее мысли с такой легкостью вторглись, она восприняла как насилие, и это подействовало на нее, как внезапный и подлый удар. Она застыла, стараясь не показать своего негодования, но в ней вскипел гнев.

Он больше не смотрел в ее сторону; напротив, приблизился к шкафчику и внимательно глянул на висящий в нем меч. Но если это оружие принадлежало ему, как, похоже, принадлежал пояс, то почему он не сделал попытки воспользоваться им? Может быть, так долго бегал на четырех конечностях, что предпочитает когти и клыки настоящему оружию?

— Я должен поблагодарить тебя. — На этот раз он заговорил вслух, и она приняла это за уступку с его стороны. — Я долго бродил в полях, и есть много таких, для кого я желанная добыча. Ты принесла мне свободу, — он снова коснулся пальцами меха на поясе, — я на такое даже и не надеялся. Возможно, в этом есть какой-то смысл. Мы ведь всего лишь фигуры в игре неведомых сил. Ты избрала это бедное убежище? Почему, госпожа?

Неужели он должен спрашивать, если может прочесть ее мысли, а она не в состоянии закрыться от него? Тра хотела обратить против него свой меч, изгнать это… эту тварь, которая не знает, что естественно, а что нет. Неужели теперь каждая ее мысль и чувство открыты для него?

— Когда тебя охватывает ненависть, я не могу проникнуть в твои мысли… — Голос его звучал негромко. — Но, бродя снаружи, я должен был узнать, кто находится внутри, и сделал это. У нас есть свои обеты, и мы их не нарушаем! — В голосе его слышалась гордость, такая же сильная, как гордость самой Тра, и она почувствовала, что откликается на нее. — Хочешь, чтобы я поклялся, госпожа?

Что он пробудил в ней? Чувства и веру, которые она считала погибшими? Она покачала головой, отказываясь от этого признания лесного чудовища, как в старину отказывалась от признаний людей своего ранга.