— Охотники… — Тра не поняла, что произнесла это слово вслух. Но кот ответил:

«Ещё нет. Но охота приближается. На него всегда идёт охота».

— Часто? — поправила она.

«Очень часто. Если только он предпочитает…» — но слова в её сознании больше не звучали. Тра почувствовала, как в голове плотно закрылась какая-то дверца. Больше она ничего не узнает, по крайней мере, сейчас.

Об оборотнях рассказывают страшные истории. И Фарн должен быть одним из них. Тра беспокойно передвинулась: из темноты словно по волшебству появился он. Теперь на нём была чистая кожаная одежда, гладкая, как мех на поясе. Ветки и листья он вычесал из волос, грязь смыл с рук и лица. Вошёл уверенно и с тем же властным видом принялся расспрашивать девушку о набеге на деревню.

— Кажется, Рот или тот, кому сейчас подчиняются псы, становится слишком самоуверенным, — задумчиво произнёс Фарн, когда она закончила свой рассказ. — В этом убежище, — он показал рукой, — хоть оно и очень простое, тебе рады. Но не советую задерживаться в лесу, — он произнёс это решительно, и Тра почувствовала негодование. Он стоит и смотрит на неё, как на зеленую девчонку, никогда не слышавшую тревожный колокол.

— Лес… — он помолчал. — Да, в нём многие искали приют, но они были неосторожными и невежественными. Завтра я покажу тебе тропу, ведущую на запад от владений Рота, и позабочусь, чтобы ты безопасно ушла из этой земли. А сегодня ночью у меня ещё есть дела. — Он повернулся и без всякого прощания исчез в темноте, кот ушёл за ним.

Тра сидела в сумраке, который не разгонял умирающий огонь очага. Тело её болело от усталости, веки отяжелели. Но стоит ли спать в этом месте? Больше с ней нет Ринарда, который караулил бы, пока она отдыхает.