— Сдается мне, в наложницы эта цыпа не годится, — произнес жрец. — Разве что для садизма… А что, может тряхнуть стариной? Давненько я в эти игры не играл…

— Разрешите приступить? — спросил кто-то из воинов, сопровождающих жреца, Аленький Цветочек не разглядела, кто именно.

— Цыц! — прикрикнул на воина жрец. — Вяжите ее и волоките сами знаете куда. Но не портить, пока не прикажу!

К этому времени вокруг них собралась целая толпа, привлеченная бесплатным зрелищем. В первом ряду зрителей орков не было, их уже давно оттеснили назад. Но лица зрителей первого ряда отличались от орочьих морд только отсутствием зеленых жабьих татуировок. Откуда среди людей столько уродов берется?..

По толпе пробежала волна, кто-то пробирался к ее центру, бесцеремонно расталкивая всех на своем пути. И этот кто-то быстро приближался.

— Куда прешь?! — рявкнул кто-то из охранников жреца.

А в следующую секунду Аленькому Цветочку почудилось, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Потому что она услышала голос Джона.

— Следует говорить не «куда прешь», а «куда изволите шествовать, добрый сэр», — поправил Джон орка. — А лучше вообще ничего не говорить, а тихо убраться с дороги. Вот так.

Аленький Цветочек не видела, что там происходит, жирная туша жреца загородила ей обзор. Внезапно эта туша всколыхнулась, будто получила могучего пинка, с неожиданным проворством отпрыгнула в сторону, и одновременно из множества глоток вырвался слитный вздох. И Аленький Цветочек увидела Джона.

Он неподвижно стоял, широко расставив ноги и глядя перед собой пустым взглядом. Двумя руками он держал обнаженный меч, направленный острием в небо. Аленький Цветочек не владела искусством фехтования, но даже ей было понятно, что боевая стойка рыцаря безупречна. У ног Джона корчились два жреческих охранника, ни один из которых не успел достать оружия.