— Стало быть, остальные обвинения ты признаешь?! — провозгласил Джон с зловещей улыбкой, не сулившей жрецу ничего хорошего.

— Ничего я не признаю! — заорал жрец. — А ну, псы, взять его, быстро!

К этому времени воин с отрубленной кистью уже не стоял, а лежал в луже собственной крови, вероятно, мертвый. Только четыре воина в свите отца Вольдемара Марволо сохраняли боеспособность, по крайней мере, на первый взгляд. Но когда прозвучал приказ, они вздрогнули, но не сдвинулись с места.

— Бу, — сказал Джон. Воины дружно, не сговариваясь, отступили на шаг. Джон рассмеялся.

— Ну так что? — обратился он к жрецу. — Помнится, ты говорил, что ты не только жрец, но и рыцарь! Так решим же наш спор по-рыцарски! Джон выхватил меч и отсалютовал.

— У меня нет меча, — сказал Вольдемар.

— Так возьми мой! — воскликнул Джон.

Неуловимым движением кисти подбросил меч, поймал за острие и протянул жрецу рукоятью вперед.

— Возьми мой меч, и сразимся, как подобает рыцарям! — заявил Джон. — Ты будешь с мечом, а я без меча, и посмотрим, кто из нас победит! Чего не берешь? Боишься?

Джон сделал шаг вперед, рукоять уткнулась в грудь жреца, отец Вольдемар испуганно отступил. Аленький Цветочек переместилась за его спину и присела на корточки. Джон улыбнулся.

— Джон, стой! — раздался чей-то голос, явно знакомый. — Отец Вольдемар, сэр Джон, прекратите! Это глупое недоразумение! Джон перехватил меч за рукоять, убрал в ножны и сказал:

— Здравствуй, Герман. Рад тебя видеть, дружище!

— Привет, Джон, — отозвался Герман. — Здравствуйте, отец Вольдемар. Я Герман Пайк, рыцарь. Вы меня вряд ли знаете в лицо, но наверняка слышали обо мне. Что тут происходит?

— Тот, кого ты называешь отцом Вольдемаром, попытался украсть у меня фамильный амулет и рабыню, — заявил Джон. — А когда я стал пресекать беззаконие — натравил на меня своих рабов.