– Да прока-то немного, – согласился охотник. – Шапку с меха не пошьешь, мясо несъедобное… Вот разве ожерелья из клыков делать… Только вот король наш, дай ему бог здоровья, о третьем годе указ издал – за каждую гоблинскую головенку по золотой монете платить велено. Не слышали у вас?

– Да где там… У нас тут глушь, захолустье, новости из столицы годами идут, да все одно не доходят… Ишь ты – по золотой монете, значит… Неплохо.

– Неплохо. Вот и интересуюсь – ты, друг, может слыхал чего? Водятся тут у вас гоблины поблизости?

– Гоблины, говоришь… – почесал шею трактирщик. – Слыхал чего-то, да толком не скажу, сам-то я в лесу, почитай уж лет пять как не бывал… Может, ребята чего знают? Эй, Тыква, Лупоглазый, а?…

Двое выпивох, скучающих у стойки, обратили к охотнику очи, залитые дешевым вином. Обрюзглый толстяк и горбун с глазами навыкате несколько секунд морщили лбы, безуспешно пытаясь сообразить, чего от них хотят.

Охотник криво усмехнулся, бросил на стол два медяка и прищелкнул пальцами. Трактирщик понимающе кивнул и налил Тыкве с Лупоглазым еще по кружечке. Кадыки заходили вверх-вниз, пока пьяницы вливали в себя живительный нектар, но когда показалось дно, их глаза уже светились признательностью и желанием помочь.

– Гоблины?… – проскрипел Лупоглазый.

– Есть гоблины, – пробасил Тыква. – Есть.

– В лесу. Сам видел. Пещера.

– Точно, пещера. А в ней – гоблины.

– Папа-гоблин, мама-гоблин…

– И вроде еще гоблиняток как бы не трое…

– Да не, четверо!

– Трое.

– Четверо!

– Ладно, черт с ним, пусть четверо…

Охотник оживился, уже предвкушая жирную добычу. Пять, а то и шесть гоблинов! Удачно, что и говорить.

– А где эта пещера-то? Как пройти?

– Э-э-э… пройти-то? Э-э-э…

– А ты еще налей! – пробасил Тыква.

– А вот объясните, как пройти – тогда налью.

Тыква с Лупоглазым долго бекали и мекали, размахивая руками и препираясь друг с другом, но в конце концов все же сумели с грехом пополам объяснить, где искать пещеру гоблинов.