Лестничная спираль ныряла дальше вниз, но теперь Док выбрал направление на шум боя. Сделав краткую остановку, он извлек из рюкзака шесть пластиковых кругляшей величиной с тенисный мячик со штырьком в боку и раздал каждому по два. Все трое поспешили через бесконечную анфиладу залов, обстановка и objets d'art(*) в которых привели бы в неописуемый восторг любого даже самого искушенного искусствоведа.
(*) Предметы искусства (франц.)
Дойдя до толстенной, сплошь покрытой золотой филигранью мраморной колонны, Док притаился за нею. Оглушительный треск винтовочной и пистолетной пальбы доносился уже из ближайшей залы. В двери ввалился некто, тут же рухнувший навзничь. Под убитым быстро расползалась лужа крови.
В помещение сунулся еще один, сторожко поводящий по сторонам стволом автомата. Успокоенный увиденным, охранник обернулся и помахал кому-то рукой.
— Они отступают, — прошептал Калибан. — И прокладывают путь для Ивольди.
Доку даже не верилось, что зверь так скоро набежит на ловца. Всего четыре дня назад он получил сообщение, что Ивольди замечен в Париже. Три дня сроку донесению о том, что тот на вертолете вылетел из Фрейбурга в Грамз. Разумеется, этим сведениям предшествовали пять месяцев кропотливой поисковой работы. И вот логово тысячелетнего гнома наконец установлено, и клещи вокруг него, казалось бы, неумолимо смыкаются. Но Ивольди не дожил бы до немыслимых своих лет, будь он хоть изредка беззаботен, лишен шестого чувства-обостренного нюха на опасность. И Калибан усматривал некий подвох в том, что столь скоро удалось добраться до цели.