— Приветствую вас, преподобный отец, — сказал Кастелар.

— Да пребудет с вами Господь, — ответил монах.

Он остановился возле стремени всадника. Караван с сокровищами тем временем поравнялся с ними и двинулся дальше. На улицах города послышались ликующие возгласы.

— Вот, — радостно произнес Кастелар, — правда, приятное зрелище?

Не услышав ответа, он взглянул на Танакуила. На лице монаха отразилась боль.

— Что-то случилось? — спросил Кастелар.

Танакуил вздохнул.

— Ничего не могу с собой поделать. Сострадаю этим людям: они измотаны, у них сбиты ноги. Думаю о том, сколько веков накапливались несомые ими сокровища и как они были у них отняты.

Кастелар напрягся.

— Вы осуждаете капитана?

«Странный человек, — в который раз подумал он. — Ведь почти все священники в экспедиции — доминиканцы. Непонятно, как он здесь появился и как заслужил доверие Франсиско Писарро. Впрочем, последнего Танакуил добился, вероятно, благодаря своей учености и тонким манерам — и то и другое здесь редкость…»

— Нет-нет, разумеется нет, — ответил монах. — И все же…

Кастелар слегка поморщился. Ему казалось, он знает, что происходит в этой голове с выбритой макушкой. Да и сам он сомневался в законности того, что творили конкистадоры в прошлом году. Вождь инков Атауальпа встретил испанцев мирно. Он разрешил им расквартироваться в Каксамалке. По приглашению конкистадоров он приехал в этот город для продолжения переговоров. Но его ждала ловушка: не сходя с носилок Атауальпа превратился в пленника, а сотни его воинов погибли от пуль и шпаг испанцев. За освобождение вождя инков испанцы потребовали наполнить одну комнату золотом, а другую — дважды серебром, и теперь по приказу Атауальпы его подданные начали собирать сокровища по всей стране.