— Так это Райс-Майкл прислал тебя, Карлан?

— Да, милорд, ибо король был слишком слаб, чтобы самому объявить свою волю.

Сунув руку в кошель, висевший у него на поясе, Карлан достал сложенный платок и протянул его Джавану.

— Кроме того, чтобы подтвердить свою просьбу, принц просил передать вам вот это.

Джаван медленно развернул мягкую ткань, намеренно пряча содержимое от глаз отца Халекса. Это была золотая серьга, точно такая же, как та, которую его заставили снять, когда он принес обеты ордену. Это подтверждало срочность послания. Значит, речь шла действительно о королевской власти в Гвиннеде.

Стараясь, чтобы на лице не отразились владеющие им чувства, он медленно завернул серьгу обратно в платок и намеренно не обращая внимания на аббата, надел кольцо Райса-Майкла на правую руку, а затем вновь взглянул на Карлана.

— Мне нужно будет переодеться. — С этими словами он вернул юному рыцарю свернутый платок. — Присмотри вот за этим, ладно? Ты захватил для меня лошадь, или придется взять какую-нибудь из конюшен аббатства?

— Послушайте, брат Джаван… — возмущенно начал аббат.

— Нет, принц Джаван, милорд аббат, — возразил Джаван и гневно уставился на собеседника. — Я должен повиноваться воле короля. Вашего короля.

Задохнувшись, аббат негодующе обернулся за поддержкой к двоим монахам.

— Но вы же дали обет! Вы должны повиноваться мне!

— Мои обеты были лишь временными, милорд, — возразил Джаван негромко, но твердым голосом. — И теперь их срок подошел к концу. Я уезжаю. И если вы не хотите иметь дело с сэром Карланом и остальными рыцарями, что ожидают во дворе, то прошу вас посторониться и дать мне пройти. Сэр Карлан, не желаете ли сопровождать меня?

Онемевший аббат отпрянул, и Джаван уверенно двинулся прочь. Карлан молча последовал за ним. Монахи также уступили им дорогу.