То ли ноги сами несли его, то ли все дороги в санатории вели к ней, но вскоре он опять очутился у статуи. Сопротивляться было бессмысленно, что-то его туда притягивало. Около нее прямо в клумбе стоял незнакомый бородатый молодой человек, курил трубку и под руководством заслуженного деятеля сажал ей на плечо новый кувшин.

- Кувшин отбили, - неприветливо объяснил заслуженный деятель, когда Коробейников приблизился. - Некоторые граждане не видят разницы между голыми девками и произведениями искусства. Варвары!

Коробейников принял эти слова на свой счет, но промолчал и нерешительно взглянул на девку в упор. Ему показалось, что с ее каменного лица исчезла прежняя улыбка и теперь она глядит как-то тоскливо.

- Это из ваших? - спросил Коробейников, когда молчать стало неудобно.

- Мой лучший ученик, - с гордостью объяснил заслуженный деятель. - Надо мальчикам помогать, кто же после нас будет? Молодец, старается.

Бородач что-то недовольно пробурчал и чуть не проглотил трубку.

- Все мы немножко Пигмалионы, - вздохнул заслуженный деятель. - Носимся со своими скульптурами и чего-то ждем от них. А некоторые в кавычках ценители искусства первым делом спрашивают - сколько же она стоит, эта статуя, в денежном выражении?

Коробейников совсем смутился, потому что именно это и хотел спросить.

- Не так уж и много, - усмехнулся заслуженный деятель.

Молодой бородач плюнул в клумбу.

- Когда я был в Австрии, - вдруг неожиданно для себя сказал Коробейников, - то насмотрелся там на этих... кюфр... курфр...

- Курфюрстов?

- Да. На лошадях. Там в каждом городе в центре сидит кто-нибудь на лошади. Такая традиция. Как у нас с веслом, так у них на лошади.

- Вот именно! - с интересом подхватил заслуженный деятель. - У германцев свой шаблон. У них тяжеловесный стиль, давит. Кстати, а в Австрию путевка сколько стоит?