— Родина — мать! — патриотично высказалась Машенька.

Алексей Борисович согласно кивнул, но девочка, оказывается, не закончила свою мысль:

— Родина — мать! А вот у меня мамы нет.

Взрослые сделали вид, что увлеклись футболом, и ничего не слышали. Потом Алексей Борисович вызвал для контроля Вовчика и взглядом показал папаше — пора обрабатывать дочку. Сам пошел в первый VIP, чтобы выпить с акционерами. Но там как-то не заладилось. И наливали, и закусывали, как обычно, но он чувствовал, что прежнего в отношениях нет. Потому что он повис на волоске результата.

К перерыву нули на табло стали пугать. Ни одной сколько-нибудь серьезной атакующей акции у ворот «Селтика» так и не возникло. Конечно, этим можно объяснить пассивность Машеньки. Ведь для закрутки мяча в сетку нужно, чтобы он хотя бы полетел в нужном направлении. Но с другой стороны, способна же эта девчонка организовать парочку падений шотландцев на ровном месте, чтобы возник удобный коридор для контратаки. Пусть создает моменты! Или она хочет работать исключительно на чистых мячах и только завершать атаки. Дудки, не выйдет!

Ситуация над туннелем выглядела угрожающей. Константин Владимирович заискивающе извивался перед своим плачущим чадом. Вовчик глупо улыбался. В воспитательном процессе пытались принять участие даже секьюрити. Но Алексей Борисович устранил всех этих никчемностей и оперативно проникся проблемами девочки.

— Мне надо покормить Мишеньку, а они хотят, хотят… — и Машенька заревела пуще прежнего.

— Вы что, не могли решить вопрос с питанием для медведя? — строго спросил Алексей Борисович. — Принеси икры! — он отрядил одного из охранников в VIP. — И суши прихвати.

Но ужин для мишки, как выяснилось, не единственное условие для плодотворного телекинеза. После еды зверя требовалось уложить спать, а на пластиковом сидении ему слишком жестко.

— Мишеньке нужно кроватку! Разве вы не понимаете? — удивлялся ребенок.