— Да ладно тебе, Ента, тоже мне по-честному! Французский на древнееврейский! Нет уж, я почти все смогла получить у специалистов по истории.

— Ага. «В каждой судьбе есть история», Шекспир. «Генрих IV». И что же, помилуй, тебе сказали мудрецы?

— Да они все больше мямлили, Сара. Никто не знает точно, как в те времена говорили.

— Мери, а средневековье — это когда? Тогда же, когда и Карл Второй?

— Не знаю, Нелли. Кажется, ближе к временам Наполеона или Жанны д'Арк. Правда, я их всегда путаю.

— Как ты можешь!

— Они же оба были полководцами.

— Ну и ну! Хотя в этом что-то есть, особенно для нее.

— Ну вот, Реджина, если вам покажется страшно-смешно или страшно-занятно, то учтите, что я тут ни при чем.

— Хорошо, Мери, учтем. Давай. Мери Наобум прочла Договор:

— Чудненько! Ну просто чудненько, Мери. Сама Жанна д'Арк не управилась бы лучше.

— И Наполеон тоже.

— И даже главнокомандующий Армией Оледенения.

— Ну, его-то трудно переплюнуть.

— Почему это?

— А потому! Это не он, а она.

— Дамы, дамы! Давайте займемся делом всерьез, а то нам никогда не вызвать Дьявола. Теперь ты, Нелли. За тобой Обрядное Слово.

Нелл Гвин выдала Обрядное Слово:

— Чудесно, дорогая! Ты оттарабанила все эти тайные имена как распорядитель на балу.

— Ну так я, стало быть, заслужила право называться Царицей Ада.

— Да-да, так и вижу, как Сатана приглашает ее на пляску.

— Или на _ля_ку.

— Да Нелли же! Мы так не говорим вслух!

— Но говорим так про себя, Гули.