Гранди знал, что ему придется преодолевать преграды, но каковы они будут, не имел ни малейшего представления. Оставалось лишь двинуться вперед и посмотреть, что из этого выйдет.

Приблизившись ко рву, голем уставился на подернутую легкой рябью водную гладь. Мост, естественно, был поднят, так что добираться до стен предстояло вплавь.

Оно бы и не худо, только вот ровное чудовище…

– Эй, рыло корявое! – крикнул голем, зная, что ни одно ровное чудовище не останется равнодушным к подобному оскорблению. Все они относились к различным разновидностям водяных змеев и были весьма высокого мнения о своей внешности.

Ответа не последовало.

Ладно, решил Гранди, уж с этим-то я разберусь.

– Эй, трава, – обратился он к зеленому берегу, – где чудовище?

– На каникулах, тряпичная башка.

Гранди удивился:

– Ни одного ровного чудовища на дежурстве? Ты хочешь сказать, что я могу переплыть ров?

– Держи карман шире, жалкая щепка. Ты и пяти гребков не сделаешь, как будешь разъеден.

– Но кто же меня разъест, если там нет чудовища?

– Кому надо, тот и разъест. Он и раз ест, и два ест, и три ест…

Гранди решительно не мог взять в толк, о чем идет речь, но и добиться от травы вразумительного объяснения было невозможно. Она лишь шелестела, заходясь волнами от хохота.

Что-то тут не так, подумал голем. Остановившись у края рва, он наклонился и совсем уж было собрался окунуть в воду палец, как вдруг приметил пробежавшую по лугу рябь заинтересованного ожидания.

Насторожившись, Гранди сорвал травинку, что вызвало резкий протест со стороны ее сородичей, и обмакнул в ров.