– Прекрасно, – сказала Алиса, нарушив молчание, последовавшее за замечанием Джона.

Мириам пошла наверх. Несмотря ни на что, она ощутила мгновенную вспышку удовольствия из-за резкости, прозвучавшей в голосе Джона. Он был интересен, когда злился. Иногда она специально его подначивала. Это отчасти и явилось причиной того, что она, вопреки своему запрету, пригласила Алису провести здесь ночь. Это – и еще любовь, которую она к ней испытывала.

Джон смотрел, как Алиса спускается по лестнице. Ему не нравилась ее соблазнительная внешность, не нравилась сила ее характера, но больше всего ему не нравилось то, как действовало ее присутствие на Мириам. Он приходил в ярость, сознавая, в сколь малой степени Мириам принадлежит ему. Все эти чувства неизбежно приводили его к мысли, что неплохо бы насытиться ею, позволить своему телу делать с ней все, что оно захочет, и, уничтожив эту постоянную угрозу их благополучию, уничтожить заодно и разъедавшую его ревность. Сегодня, впрочем, ему будет легче переносить ее присутствие – голод на время затих.

– А почему бы вам просто не оставлять мусор в проулке, как это делают все остальные?

Типичный вопрос этой зануды. Мириам просто не имеет права заявлять, что ей нужна дружба девчонки. Это уж слишком! Она ведь говорила: он будет с ней вечно! Единственное, что могло бы этому помешать, – несчастный случай. Он чуть не рассмеялся – забавная мысль вдруг пришла ему в голову. Что, если это неприятное маленькое существо – его замена на случай, если он погибнет?

– Так почему же? – повторила она. Алиса всегда требовала ответа на свой вопрос.

– Не слишком часто его оттуда убирают. – Он бросил ей мешки. – Подержи их, пока я разожгу огонь.

Скоро рассветет. Надо спешить. В дневное время они никогда не сжигали «вещественные доказательства».

– Они такие легкие.

– Тебе что за дело? Мы были голодны, решили перекусить. – Он потянул рычаг подачи газа, – сюда специально была подведена линия газа высокого давления. Раздался хлопок, рев, и топка заполнилась голубыми языками пламени.