Понимаете, они считают, что доктор знает все, даже не представляя, как чертовски мало на самом деле знают доктора. Я просмотрел их контракты и нашел, что они неправильно составлены. Я обнаружил, что их поселили не на тех участках. Я спросил их, знают ли они, какую землю купили, и они сказали мне, что участки им указал представитель компании. Их уговорили поселиться с восточной стороны города, а земли, которые они купили, находятся на западной стороне.

— Они в курсе? — спросил Боб.

Доктор покачал головой.

— Нет, я не сказал им, — ответил он, — Какая разница? Компания не будет их больше беспокоить. Они получили то, что хотели, при том что земля эта ничего не стоит.

Раздался стук каблуков по ступенькам, и через мгновение в дверном проеме возник Ангус Макдоналд.

— Доктор, — сказал он, — дочь Стива Донагана снова больна.

Доктор поднялся со стула.

— Если бы остальное население Нью-Чикаго было похоже на Сьюзен, — сказал он, — возможно, я снова проникся бы к себе уважением. Она — единственная из тех, кто когда-либо здесь болел.

— Доктор, — сказал Ангус, и в его голосе явно слышался ужас.

— Да-да, продолжайте, — буркнул доктор.

Ангус сглотнул и начал снова.

— Доктор, Стив думает, что у нее голодная болезнь, — сказал он.

Джонни Мейсон, выпускающий редактор, положил лист желтой бумаги на стол редактору Харту.

— Специальный выпуск, только из Нью-Чикаго, — пояснил он.

Харт набросился на газету и прочитал:

«Нью-Чикаго, Венера. Голодная болезнь, к которой до сих пор эта отдаленная фактория была невосприимчива, сегодня нашла здесь свою жертву. Это Сьюзен Донаган, девяти лет, дочь мистера и миссис Стивен Донаган.

Доктор Андерсон Троубридж, единственный врач в городе, друг семейства, который способствовал появлению Сьюзен на свет и сопровождал ее от одной детской болезни до другой, сказал, что…»