Воздев руки в театральном жесте, словно прося тишины, он сделал шаг назад, пнул рычаг люка и мгновенно исчез под полом. Зрители взревели от разочарования и ярости. Быстро скользя среди старых декораций, Макдафф слышал над головой топот многочисленных ног и лап.

- Опять прольется хлорофилл, - бормотал он, мчась что есть мочи. - Все неприятности с этими альдебаранцами из-за того, что в глубине души они так и остались овощами. Никакой этики, одни рефлексы.

На бегу он споткнулся о полупустую банку прогестерона, гормона, необходимого, если олень, то есть клиент, был из птиц или млекопитающих.

- Дело наверняка не в гормонах, - вслух рассуждал Макдафф, пинком отбрасывая банку в сторону. - Все из-за того изотопа. Напишу рекламацию фирме в Чикаго. Каковы халтурщики! Следовало предвидеть, что их продукт никуда не годен при такой-то низкой цене. Три месяца - и все! Еще и двух недель не прошло, как я продал первую бутылку! Только-только рассчитался с долгами, только-только появилась надежда на прибыль!

Последние слова он произнес уже серьезяо. В этот вечер Универсальный Радиоизотопный Гормональный Омолаживающий Эликсир должен был принести Макдаффу первые деньги. Алчность альдебаранских чиновников имела размеры, редкие для существ, родившихся на огороде. Где теперь быстро достать денег, чтобы получить место на корабле? Все указывало на то, что дальнейшее пребывание на планете нежелательно.

- Одни неприятности, - пыхтел Макдафф, несясь по коридору. Он выскочил наружу и предусмотрительно перевернул штабель пустых ящиков, преграждая преследователям дорогу. Из-за образовавшейся баррикады послышались яростные вопли.

- Ну, прямо Вавилонская башня, - сказал он сам себе, переходя на рысь. - В этом главная трудность галактических путешествий: слишком много легковозбудимых рас.

Низко пригнувшись, он торопливо удалился с места происшествия, продолжая негромко комментировать его, поскольку имел обычай думать вслух. Впрочем, чаще всего это бывали похвалы в свой собственный адрес.