Сегодня мы говорим о господине Барнсе, который, несомненно, самый известный пациент XXI века. Для тех, кто по каким-либо невероятным причинам не в курсе дела, сообщу, что господин Барнс является единственным на земле человеком, гены которого все еще несут возможность роста аппендикса. Как вам известно, благодаря генетическому контролю возможность появления безполезного и часто опасно поражаемого аппендикса тотально исключена уже на протяжении пятидесяти лет. Но по чисто механическому недосмотру...
--... и из-за пьяного ассистента лаборатории,-- добавил Барнс.
--... он родился с генами...
--Держись подальше, журналистский пес! -- прорычал доктор Нейнштейн.
--Шарлатан! Мясник! Вы покушаетесь на свободу прессы!
Доктор Нейнштейн кивнул своему маститому коллеге, доктору Гростету, и тот потянул за рычаг, выступавший из пола за ширмой в дальнем углу. Вопль журналиста, провалившегося в открывшийся люк, нарастал подобно ртути в термометре под мышкой больного малярией.
--Хм. "А" альтиссимо,-- сказал доктор Гростет.-- Журналистишка лез не в свое дело, но теперь я думаю, он это понял.
Раздался едва различимый всплеск, а затем звук, подобный реву зверски голодных крокодилов.
Доктор Гростет тряхнул головой:
--Опера лишилась прекрасного баритона. Но по сути дела...
--Ничто не должно вмешиваться в развитие медицинской науки,-сказал доктор Нейнштейн. На мгновение мрачные черты его лица разгладились6 и он улыбнулся.