В основном же они грабили купеческие караваны и маленькие группы паломников.

С их существованием смирились, как, мирятся с, тем, что в природе существуют слепни и мухи. О палчелорах не забывали: на Южном рубеже никогда не было спокойно, но и не считали их особенно страшной угрозой. В конце концов, для того и существует сторожевая крепость Каин, чтобы отражать нападения варварских племен.

Однако несколько ритофо назад по степям пронеслась весть о том, что племена палчелоров объединились под властью некоего Омагры. По слухам, ничем не примечательный внешне, не отличающийся физической силой, он тем не менее в рекордно короткий срок создал собственное войско, разбил наголову непокорное племя соседей, истребил орду полузверей аттосков и теперь обратил свой взгляд на север. Туда, где на берегу лазурного моря Лулан возвышались белые стены Царя Городов — Газарры.

Предыдущее нашествие палчелоров, когда об Омагре еще никто слыхом не слыхивал, Каин отразить сумел. Но Аддон никак не мог позабыть, какой ценой досталась ему победа. Сотня раллоденов — Железных Мечей, знаменитых газарратских пехотинцев, присланных Баадером Айехорном в качестве подкрепления, — едва насчитывала шесть человек к концу битвы.

Две сторожевые башни, сооруженные перед цитаделью, были полностью разрушены. Нападавшим удалось где-то раздобыть биратор, и они обстреливали крепость каменными ядрами, нанося защитникам тяжелый урон.

Исход сражения решил Руф Кайнен, который атаковал врага во главе трех десятков копейщиков дилорнов и милделинов — воинов, вооруженных двуручными топорами.

Семь сотен палчелоров сложили свои головы у стен Каина, а об оставшихся в течение двух ритофо почти не было слышно. Жалкие кучки варваров, нападавших на купцов и паломников, не доставляли клану Кайненов слишком больших хлопот. С этими отрядами врагов легко расправлялись эстианты — конники, которыми после гибели предыдущего командира командовал сын Аддона, Килиан Кайнен.