— Конечно, — сказал тот, что был трезв. — Без проблем.

Видимо, они сочли нас достаточно безобидными. Еще бы — они же ничего не знали.

По пути эти двое болтали между собой, практически позабыв, что мы сидим позади. Натан с хмурым видом смотрел в окно; надо думать, размышлял о том, как я разрушила его жизнь.

— А что ты собирался изучать в колледже? — негромко спросила я. — Сценическое искусство?

— Что?

— Ты хороший актер. Можешь разыграть любую роль перед кем угодно.

Он горько улыбнулся.

— Станешь хорошим актером — когда внезапно выясняется, что тебя потенциально может убить разъяренный вамп, да еще босс. Но, если честно, из тебя актриса никакая — я ни на миг не поверил, что ты готова порвать мне горло.

— Правда? — Я не сумела скрыть своего разочарования.

— Тебе ведь еще нет восемнадцати?

— Нет.

— Сколько осталось?

— Меньше года.

— Ох! — На его лице отразилось беспокойство. — Ты, однако, уже можешь совершить убийство.

— Н-н-нет. Я… Я предпочитаю подождать.

На восемнадцатом году жизни каждому из вампиров полагается найти первую жертву, и я уже много раз ощущала, как во мне пробуждается жажда крови. Но мысль о бессовестном убийстве ужасала меня, и я не чувствовала в себе готовности сделать это. Мне самой следовало бы позаботиться о том, как остаться в живых. Моя мама готовилась устроить грандиозный прием в честь моего первого убийства, но ее ждет разочарование. Зато если Брайан и остальные меня поймают, родители смогут использовать все свои праздничные заготовки для моих торжественных похорон. Я постаралась не думать об этом.

— Итак, что ты стал бы изучать в колледже?

— Ммм… Не знаю. Что-то совсем другое, более осмысленное. Способное изменить мир. — Его лицо озарило вдохновение, быстро сменившееся тоской. Правда, тут же он устыдился своего идеалистического признания, и его черты снова омрачились. — Короче, что-то, отличающееся от работы за стойкой.