- Через столько лет, ты еще сердита?

- Нет! Все прошло, и я совсем не такая. Я просто рада, что, наконец, могу сказать тебе все, что захочу.

Она открыла дверцу бара и включила свет. Пока она готовила передвижной столик, они оба молчали. Наблюдая за ее быстрыми движениями, Грачев невольно погрузился в воспоминания. Большей частью они были тревожными и наступившая тишина, прерываемая звоном посуды, начинала его тяготить. Он мысленно поторапливал слишком задержавшегося Пэрана.

- Как Ольга? - неожиданно спросила она.

- Теперь не знаю. Мы расстались через месяц. Больше я ее не видел. Наверное, вернулась в Россию.

- Тогда ей можно позавидовать. Чаша ее страданий не была так полна. А тебя мне жаль. - Кристина остановила столик между кресал, взглянула на гостя с торжеством. - Больше месяца тебя не вынесет ни одна нормальная женщина. Потому что ты эгоист и мучитель. Ты - деспот. Потому что ты - это ты, и никто не захочет играть в жизнь по твоим дурацким правилам. Бери свое питье. - Она протянула запотевший бокал. В лимонно-желтой жидкости плавали кусочки фруктового льда и нечто аморфно-густое. - Не сомневаюсь, готовить его лучше меня не научилась еще ни одна. Давай, за встречу! Нет, сначала за счастье. Мое. И будем подразумевать - твое.

- Вы думаете сделать это без меня?! - послышался голос Луи. Он проворно сбегал вниз, принял из рук супруги третий бокал. Вновь прозвучавшее пожелание дополнил хрустальный звон.

- Мы немного опоздали, - признал Пэран в ответ на немой вопрос друга. - "Медуза" в порту. Но сам понимаешь, - это не проблема. Ребята вышли на след. Шестнадцать часов дли них больше, чем вечность. Положись на меня, и забудем сегодня о суете. Такие пустяки должны решаться сами собой.