Я встал, завернулся в одеяло и отодвинул легкую тюлевую занавеску. За окном блеснуло оскалом безгубого рта слепое лицо.

Вместо носа темнел провал, лохмотьями висела кожа, волосы покрывали голову отдельными клочками, а проплешины сливались в жутковатый рисунок. Тело казалось изможденным до крайней степени, оно было серым, выпуклости черными, словно кто-то прошелся паяльной лампой.

- Глазки мои, глазки, - прохрипело существо и протянуло костлявые руки. Пальцы деревянно стукнулись о стекло. Я шарахнулся назад и рухнул на пол.

В окно опять постучали.

Третий этаж. Бред. Не может быть. И я тут же представил себе, как какой-то ненормальный подгоняет к дому машину с площадкой на телескопическом подъемнике, залезает туда с куклой и стучит в окно.

Ну, сейчас он схлопочет!

Лихорадочно натянув брюки, я открыл дверь, побежал вниз по лестнице, выскочил на улицу - и увидел, как навстречу, вытянув перед собой руки, топает существо из-за окна. На меня словно обрушили ушат воды пополам со льдом. Через мгновение я уже захлопнул дверь в .квартиру, а еще через минуту в дверь заскреблись, тихонько подвывая:

- Глазки-и-и, глазоньки-и-и... Я осторожно отошел в комнату, вскрикнул, встретив бессмысленный взгляд из бутыли, нырнул под одеяло и крепко зажмурил глаза, шепча:

- Это сон, мне снится-снится-снится...

Утром, при ярком солнечном свете, кошмарный сон показался даже интересным. Весь день я шутил сам с собой по этому поводу, но когда стало темнеть, не выдержал и убрал бутыль с глазами в бар.

Было тихо и спокойно. Очень тихо и очень спокойно - пока радио не поздравило с полуночью. В тот же миг в окно постучали. Я заорал и спрятался под одеяло.

Встав поутру, я взял бутыль, вышел во двор и бросил ее в наполовину залитый водой люк. Бутыль невыразительно булькнула и пошла на дно.