— Как он был перенесен вниз? — бормотал свое шериф. — Где же следы? Они должны быть, если его несли…

Они вошли в верхний холл — большую пустынную комнату, покосившиеся окна которой почти не пропускали света. Луча фонаря явно не хватало, чтобы рассеять плотную тьму. Грисвелл дрожал как осиновый лист. Здесь среди кошмара и мрака умер Джон Брэйнер.

Глаза шерифа странно блестели при свете фонаря.

— Кто-то свистел отсюда, сверху, — прошептал Грисвелл. — Джон пошел сюда, словно кто-то его подзывал.

— Следы ведут вглубь холла — такие же следы, как и на лестнице. Те же отпечатки… Боже!

Позади шерифа Грисвелл подавил крик, увидев то, что вызвало его восклицание. В нескольких футах от лестницы следы Брэйнера внезапно кончались, а затем, повернув, вели в обратном направлении. И там, где цепочка его следов поворачивала, на пыльном полу растеклась огромная лужа крови — а напротив нее кончалась другая цепочка следов, следов босых ног, узких, со скошенными передними пальцами. Они тоже вели прочь от лужи, но не к лестнице, а в глубину холла.

Чертыхаясь, шериф нагнулся над ними.

— Следы встречаются. И как раз в этом месте, где на полу кровь и мозги. Наверное, Баннер был убит именно здесь, ударом топора… Следы босых ног ведут из темноты и встречаются со следами ног, обутых в башмаки, а затем уходят обратно.

Он указал фонариком в направлении прохода. Следы босых ног исчезали во тьме вне пределов досягаемости луча.

— Предположим, что ваша сумасшедшая история правдива, — пробормотал Баннер под нос. — Эти следы не ваши. Они выглядят как женские. Предположим, кто-то свистнул, и ваш приятель отправился наверх, посмотреть в чем дело. Предположим, кто-то встретил его в темноте и разрубил ему голову. Тогда все следы были бы точно такими, как мы видим. Но если так, то почему же Брэйнер не лежит там, где он был убит?! Или он смог продержаться так долго, что успел взять топор у того, кто его убил, и спуститься с ним вниз?