Стайл не выдержал, вытащил из кармана губную гармонику и присоединился к дуэту, отбивая такт каблуками. У него было прирожденное чутье музыканта, абсолютный слух, но дело было даже не в охватившем его азарте. Таким образом он совершенствовал свое мастерство мага, Адепта, ибо когда он играл, вокруг возникало магическое облако. Сейчас оно было едва уловимым. Стайл не хотел, чтобы оно уплотнялось: магия должна становиться реально осязаемой лишь тогда, когда появится для этого основательная причина и в ход будут пущены специальные заклинания.

Когда единороги закончили свой восхитительный танец встречи, они рысью вбежали в ворота Голубого Замка и превратились в людей — красивого молодого человека и маленькую, точно ребенок, и все же очень привлекательную девушку. Стайл поспешил от парапета, чтобы принять гостя во внутреннем дворе Голубого Замка.

— Приветствие тебе, Адепт, и послание от Жеребца! — торжественно провозгласил Клип. Он держал за руку взволнованную, стоявшую в молчании сестру. В отличие от нее Клип был экспансивен и не боялся выказывать своих чувств.

На обоих была одежда, похожая на ту, что носили древние с планеты Земля, но все же что-то нечеловеческое проглядывало в наряде людей-единорогов. Возможно, потому, что в нем преобладали оттенки натуральных лошадиных мастей.

— Твое приветствие, Клип, созвучно настрою моей души! — тоже торжественно, в тон гостю, ответил Стайл. — Да будет послание Жеребца, что прозвучит из уст твоих, миротворным!

— Послание такое, Адепт. В этом сезоне Жеребец вызывает кобылу Нейсу в табун. — Он помолчал и добавил уже от себя: — Вернется она не скоро.

— Замечательно! — воскликнул Стайл. — После трех сезонов бесплодия у нее наконец-то будет жеребенок! — Он бросил взгляд на сестру Клипа и обнаружил, что Нейса не разделяет его восторженных чувств. — Разве ты не рада, моя верная подружка? — В его голосе прозвучало не то удивление, не то беспокойство. — А я-то думал, что жеребенок — твоя заветная мечта.