— Итак, через две недели! — провозгласил Адепт.

Вожак единорогов протянул руку, Стайл взял ее в свою, ощутив каменное пожатие парнокопытного: будто две глыбы стиснули его ладонь. Ему пришлось приложить усилие, чтобы справиться с нахлынувшим неприятным чувством о несоразмерности предстоящего боя. Но несоразмерности на самом деле не было, и единорог это отлично понимал. Был честный компромисс.

Жеребец, сбросив человечье обличье, снова принял свой естественный вид. Его рог испустил чистый трубный звук, и живое кольцо разомкнулось. Стайл покинул кольцо и тут же ощутил легкость в теле. Временно приглушенные магические заклинания обрели прежнюю силу, ибо нейтрализующее влияние единорогов перестало действовать. Адепт снова был невесом и невидим.

Кобылица нерешительно подошла к Стайлу. Тот, садясь на нее, сообщил:

— Жеребец приглашает тебя принять участие в Унолимпике. Состязание состоится через две недели.

От удивления Нейса чуть не обернулась человеком. Стайл почувствовал, как теряет под собой опору. С трудом отваживаясь поверить в эту новость, Нейса издала громкий звук, в котором прозвучала вопросительная нота. Со стороны табуна раздался ответ — рог вожака проиграл утвердительно.

— Я тоже буду участвовать в Унолимпике. С твоим хозяином померяемся силой, — сказал небрежно Стайл, словно предстоящий поединок был обычным повседневным делом. Вот тут-то от изумления Нейса обернулась девушкой, а Адепт обнаружил себя сидящим за ее спиной с обвитыми вокруг тонкой талии ногами.

Сконфузившись, он спрыгнул на землю.

— Что-о? — протянула Нейса.

— То, что слышала! — Стайл чуть не расхохотался. — Хорошо, что я невидим и невесом. Могу себе представить, в какой комичной позе я предстал бы сейчас перед табуном, да и мой вес свалил бы тебя. А все твои шуточки, Нейса! Возвращайся-ка, любезная, поскорее в свой натуральный облик.