— Я тронул пришитый к комбинезону личный знак. Второй пилот.

— А я — Уккоко Уиллоу, штурман, Иан улыбнулся.

Щербаков поднял бровь, почесал ее средним пальцем, будто пытаясь стряхнуть что-то.

— Кажется, пока все без неожиданностей, никакой ловушки нет, и все-таки… Уж больно все легко. Подстраховывайте друг друга.

— Хорошо. — Я поднялся.

— Мне кажется, к нему лучше подойти, двигаясь не вплотную, а на некотором расстоянии, — заметил Иан. — Один входит в контакт, другой тем временем с оружием наготове наблюдает из укрытия. Держа связь с вами.

— Пожалуй, — согласился Щербаков. Так и действуйте.

Я надел шлемофон, проверил личное оружие, нагрудные приборы. Оружие в порядке, боезапас на максимуме. Ручной излучатель — раз. Микропеленгатор — два. Инфраочки — в них можно увидеть в темноте любое живое существо на расстоянии до двухсот метров — три. Микрорация с блокировкой от подслушивания — для связи с Ианом. Кажется, все. Мы с Ианом подошли к люку. Щербаков сказал, пересаживаясь на кресло пилота:

— Нам важно выяснить о нем как можно больше. Один ли он здесь? С какой конкретно целью заслан на Иммету? Есть ли у него сообщники на Орбитальной? Ну и многое другое. Он должен быть заинтересован в скорейшем получении груза, и самое лучшее — чтобы он поднялся сюда, в ракетолет. Остальное — по обстоятельствам.

Иан откинул люк,

— Удачи, — сказал Щербаков.

Я кивнул:

— Постараемся, Павел Петрович.

В открытый люк ворвался теплый ветер. Настоящий ветер, настоящие запахи… Я выглянул в темноту и задохнулся от свежего воздуха. Иан ткнул меня в спину, протягивая бухту спусковой лестницы. Я протянул руку назад, нащупал лестницу, сбросил вниз; звякнули алюминиевые ступеньки. Подтянувшись и встав на ступеньку ногой, навалился, проверяя крепление. Все в порядке. Перекинул вторую ногу, стал спускаться. Пересчитав несколько ступенек, остановился — прямо у моего лица шевельнулись длинные широкие листья.