— Влад, осторожней. Тут расщелины.
— Уже понял. У тебя в порядке?
— Пока иду на пеленг. Скоро выйдешь на поляну, лучше… — В голосе Иана послышалась брезгливость. — Лучше не обращай внимания.
— На что не обращать внимания?
— По-моему, это что-то вроде спрутов.
— Иду за тобой. — Я перешагнул трещину, прошел немного, поднял очки. Деревья отступили, наверху синеет звездное небо. Естественного спутника у Имметы нет, но довольно светло. Я хорошо видел всю поляну, траву, синеющую под звездным светом, Вгляделся и наметил разбросанные по траве темные кочки. Одна из кочек была совсем близко. Подошел. На небольшом возвышении, обняв кочку щупальцами, спало крупное животное. А может быть, и не спало. Я успел его хорошенько рассмотреть: одутловатая голова, сморщенная присоска — похоже, рот. Над ним два бугорка. Веки? Все существо, от кончиков щупалец до этих бугорков, покрыто слизистой, непрерывно вздрагивающей кожей. Да, бугорки надо ртом — именно веки. Почувствовав, что я стою рядом, животное медленно, будто нехотя, убрало один из сморщенных кожных наростов. Открылся глаз с большим, не менее десяти сантиметров в окружности, зрачком. Услышал голос Сайко:
— Не обращай внимания, иди за мной. Уверен, они не нападут. По крайней мере, сейчас, пока спят.
Я двинулся вперед, стараясь обходить как можно дальше темные возвышения. Так вот почему они в шахматном порядке. Это не кочки, а пни, и спруты спят на пнях. А может быть, не спят, а что-то делают с этими пнями? Они застыли неподвижно, вцепившись щупальцами в старую кору. Значит, это вырубка. И образовалась она давно, может быть, со времен «ксилловой лихорадки».