В сумочке Алиса нащупала жетон телефона-автомата. Подошла к будке – выбиты все стекла, стенка разрисована граффити. Однако таксофон, на удивление, работал.

   Она наудачу набрала номер Теплицына. И – о чудо! – тот вдруг ответил. Сам. Его голос Алиса узнала бы из миллиона. В трубке послышалось деловитое:

   – Слушаю, Теплицын.

   – Привет, это Алиса.

   – Кто-кто? – переспросил голос.

   – Алиса, – повторила она. – Из Бараблина. Которая...

   – Я все помню, – прервал красавчик.

   Голос его звучал сухо. Наверно, у него совещание, полный кабинет людей. А может, жена рядом.

   Алисе хотелось сказать, как она волновалась, когда его арестовали, и что она провалилась во ВГИК, и как ей одиноко в Москве – но слов не нашлось, и девушка вдруг разрыдалась.

   – Ты где находишься? – спросил Теплицын.

   – Я здесь, в Ма-аскве-е... – сквозь слезы пропела Алиса. – Я в твой ВГИК проклятый провалила-ась...

   – Где ты находишься сейчас конкретно? – терпеливо повторил Андрей. – Адрес?

   Алиса глубоко вздохнула, подавила слезы и сообразила назвать адрес общаги. Дом, улицу, номер комнаты.

   – Будь там через час, – приказал красавчик. – И собери вещи. Я пришлю за тобой машину.

* * *

   Через час Алиса медленно, чтобы насладиться триумфом, проследовала из дверей обшарпанного общежития к черному «Мерседесу». Шофер бережно нес ее чемоданчик. Открыл перед ней заднюю дверцу машины. Из десятков окон Алису, машину и шофера провожали завистливые взгляды.

   На улице было жарко, а в машине прохладно, пахло кожей и играла классическая музыка.

   В таком лимузине никакой московский беспредел на дорогах не страшен. Напротив, все участники движения тебе путь уступают, и можно сидеть королевой, наслаждаться видами.