- А значит, и художник его изобразить не мог, - кивнул Гриднев. - Что тогда прикажете думать о гемме?

- Тогда скандал. - Этапин покрутил головой. - Но тогда, между прочим, уже не вы будете автором гипотезы о подводной культуре, а тот, кто сопоставит гемму с фотографией, наберется смелости и... Какая обидная развязка!

Он издал короткий смешок.

- Нет, какая развязка!.. Нам придется подтверждать ваше авторство, и еще вопрос, поверят ли нам.

- Но так как морской цивилизации не было и нет, - рассмеялся Гриднев, а уже холодает, то не пора ли нам все-таки к дому?

- Она есть, - внезапно сказал Шорохов. - Она уже существует.

Оба ученых изумленно уставились на поэта.

- А! - догадался Гриднев. - Существует, потому что она уже есть в наших умах?

- Именно.

- Ну, это пустяки.

- Но это меняет мир, - упрямо возразил Шорохов.

- Не мир, - Этапин поморщился. - Самое большее - наши представления о нем.

- Не буду спорить... Только как-то так получается, что ваш брат ученый сначала меняет наши представления о мире, а затем почему-то меняется и он сам.

- В данном случае это нам не грозит, - весело сказал Гриднев. - Разве что вы напишете поэму о научных работниках, которые на досуге фантазируют черт знает о чем... Пошли!

Он первым повернул к темнеющим вдали соснам. Они шли, увязая в песке, им в спину гремело море, но этот звук по мере удаления становился все тише. Час спустя они ужинали при ярком электрическом свете и говорили уже совсем о другом. Здесь гул моря был совсем не слышен, вместо него на танцверанде гремело радио. Гриднев, который мог переплясать любого юношу, пошел туда, Этапин засел за свежие научные журналы, а Шорохов еще долго бродил по темным дорожкам. Долго ли танцевал Гриднев, что вычитал Этапин, какие стихи написал в ту ночь Шорохов и написал ли, это другой вопрос.