Женя присела на корточки и прижала ухо к замочной скважине, чтобы удобнее было подслушивать. В конце концов, речь шла о ней.

— А что ваша племянница? — спросил один из представителей закона, которые наводнили дом после исчезновения Яна. — В ней вы абсолютно уверены?

Проворно приложив к замочной скважине глаз вместо уха, Женя увидела, как ее дядя, попавший точно в фокус, нахмурил благородный лоб.

— Племянница выполняла при вашем сыне секретарские обязанности. То есть была в курсе многих важных дел.

— Что это вы хотите сказать?

— Только то, что в подлунном мире для молодых людей существует масса соблазнов…

— Бог мой, вы же ее видели! — раздраженно отозвался дядя. — Моя племянница похожа на серую мышь. И соблазны ей абсолютно чужды. Она никогда не просила у меня денег ни на платья, ни на развлечения.

— Может быть, ей неловко было просить? — живо откликнулся невидимый Жене человек в штатском. — Она ведь живет у вас на правах бедной родственницы, как я понимаю?

Женя засопела на полу, изо всех сил сдерживая нахлынувшие на нее чувства.

Георгий Николаевич Ярославский, мощный, властный человек, обладатель великолепной седой шевелюры и рокочущего баса, на несколько секунд даже растерялся. Впрочем, тотчас же взял себя в руки и щелкнул пальцами в воздухе.

— Костя, ты проверял мою племянницу? — не поворачивая головы, спросил он. И сам же ответил:

— Конечно, проверял. Будь с ней что-нибудь не так, я бы этого не потерпел.

Костя Карпенко, на которого было возложено обеспечение безопасное™ как самого дяди, так и его прибыльного и потому опасного бизнеса, тут же возник за его плечом, словно дух, повинующийся зову хозяина.

— Я здесь, Георгий Николаевич. На мой взгляд, Евгения — вообще уникальный случай.

— Без комментариев, пожалуйста, — недовольно проворчал Ярославский.