Разбудили ее сдавленные стоны и женские всхлипы, раздававшиеся откуда-то снизу. «Неужели сбылись худшие ожидания дяди, — подумала Женя испуганно, — и милиция нашла тело Яна?» Она накинула на себя халат и выскочила в коридор, наткнувшись на приходящую уборщицу, которая уныло терла тряпкой перила.

— Что случилось? — метнулась к ней Женя. — Это… Из-за Яна?

— Невеста ихняя приехали, — шепотом сообщила та. — Плачут. А ваш дядя их успокаивают.

Вздохнув спокойнее. Женя возвратилась в комнату, привела себя в порядок и только тогда отправилась вниз. Картина, которую она застала в холле, была достойна кисти живописца Ярославский, вперив влажные глаза в противоположную стену, похлопывал по спине Свету Шмелеву, которая безвольно висела на нем, обхватив руками за плечи. На ней было черное шелковое платье, туго обтягивающее некрасивые бедра, и длинные черные перчатки, какие Женя видела только в старых фильмах. «Хорошо, что не нацепила вуаль, — раздраженно подумала она. — Тоже мне, потенциальная вдова».

Впрочем, грубить не хотелось.

— Здравствуйте, — поздоровалась Женя, стараясь, изо всех сил проявить сочувствие.

Света, длинно всхлипнув, оторвала лицо от груди Георгия Николаевича и посмотрела на нее.

— Женечка! — крикнула она и, словно вспорхнувшая ворона, отлепилась от дяди и бросилась к ней на шею. Та едва устояла на ногах, когда Света повисла на ней.

— Спокойно, пока нет причин оплакивать Яна, — выговорила ей Женя — Ведь ничего еще не известно! Может быть, он со дня на день возвратится домой.

— Ах, боже мой, ты просто пытаешься меня утешить! — протрубила Света в покрасневший нос. К слову сказать, она была вдвое массивнее утешительницы, но всем телом навалилась на нее.