– Кто я? – промямлил голый млеч.

– Ты ничто. Ты часть моего разума. Ты – мой свободный дух, вопрощенный в веществе.

– Нет, – ответил млеч, – я не часть тебя. Я свободен.

И он почесал в паху и улыбнулся и прищурился, взглянув на солнце.

– Свободен? Это лишь малая часть моей свободы, подаренная тебе – чтобы ты мог нести ее в вечность, – сказал Арес.

– Я свободен, – повторил голый млеч и уронил слюну себе на пупок.

– Пусть будет так, – согласился Арес.

– Я вечен?

– Нет, ты вскоре умрешь. Но пройдут миллионы лет и твои потомки станут похожими на тебя.

Голый млеч вздрогнул.

– Мне холодно, – сказал он. – Сотвори мне тепло.

– В тебе нет второго мозга, поэтому тебе всегда будут докучать потребности тела. Если я дам тебе тепло, вскоре ты попросишь холод.

– Дай мне женщину, – сказал голый млеч.

– Ты никогда не сможешь ее полюбить и назовешь любовью свою похоть.

В тебе нет третьего мозга.

– Зачем же ты создал меня таким?

– Посмотри вокруг.

Млеч огляделся в недоумении, затем неумело доковылял до дерева и оперся на него передней лапой. Он смотрел туда, где мир опускался в долину и уходил так далеко, что плавно и мирно соединялся с небом. Он смотрел и Аресу казалось, что голый млеч видит бесчисленные века, нависающие над собою, подобно многокилометровым слоям воды – и не было для него никакой возможности их преодолеть. Арес увидел, насколько несчастно это существо, осознавшее свою затерянность среди миллионолетий.

– Спасибо тебе, – сказал млеч. – Я понял.

Уже многие тысячи веков земля превращалась в пустыню. На месте шумных троп и лежбищ вырастали леса, полные живого безумия – леса, куда уже никогда не ступит нога бога. Вздымались горы и манили взгляд отдаленным великолепием, но богов становилось все меньше и все больше мест опусталось в хаос, не согретых вниманием бога. Сейчас каждая богиня откладывала за жизнь всего одно яйцо, и это делало событие еще более жутким.