Непостижимым образом учителю биологии и снежному человеку удалось установить удивительный душевный контакт уже через час после случайной встречи. Я фактически был свидетелем этому. Я видел их идущими по лесополосе, а, закончив свою пробежку, заглянул к Твердомясову в квартиру.

Еще до моего прихода отчаянный Афанасий Данилович пытался засунуть йети в душ. Первая попытка закончилась полной ликвидацией двери в ванную комнату. Из-за второй сильно пострадал косяк и образовалось не очень нужное окошко в стене. Третья могла стать последней гастролью всей сантехники, но тут появился я. Вдвоем мы быстро пришли к выводу, что принцип добровольности –одна из главных заповедей дрессировки. Я предложил подождать, пока йети сам проявит интерес к необычным для него устройствам, и оказался в итоге прав.

Взятый тайм-аут решили использовать для придумывания имени гостю.

– Снежок – это пошло.

– Согласен. Попробуем плясать от йети.

– Тогда вообще похабень получится.

– Но можно сказать по-русски, ласково – Еша.

– В смысле «много ест»? Тогда уж лучше Яша.

Имя Яша всех устроило, включая самого Яшу, и первая часть мозгового штурма на том завершилась.

– Однако для научных записей требуется иное имя! – пафосно заявил Твердомясов.

– Согласен, – подхватил я. – Например, гомо снегус.

– Как?! – удивился учитель биологии, еще не забывший институтскую латынь. – Правильно это звучит хомо нивеус. А впрочем, гомо снегус действительно лучше. Ты посмотри, какой он черномазый – типичный абиссинский негус.