- Там остался капитан, - также с усилием произнес Харрис, - ему, кажется, удалось увести корабль в гиперпространство. Пожалуй, мы больше не нужны, - добавил Харрис, автоматика справиться сама. Я буду отдыхать здесь, вы смените меня через шесть часов.

Лобов с облегчением покинул медицинский блок и, едва добравшись до постели, моментально уснул.

...Он шел по невысокой зеленой траве. Справа виднелся город. Это действительно был город, и он казался Лобову знакомым с детства. Впереди неясной линией прорисовывалась поросшая лесом горная гряда. Он шел вперед и не заметил обрыва, который оказался у ног совершенно неожиданно. Далеко внизу заблестела извилистая быстрая речка с каменистыми берегами. Лобов раскинул руки и свободно запарил в воздухе, словно птица. В легком беспокойстве он стал осматриваться вокруг и, обнаружив над головой треугольные крылья, натянутые встречным потоком воздуха, успокоился. Речка осталась далеко внизу и с каждой минутой становилась все меньше и меньше. Хребет уходил вниз, обнажая панораму горной страны. Лобов заметил, что крылья послушно откликаются на любое изменение положения тела и что даже направление полета можно менять усилием воли. В восторге он стал забираться как можно выше. Горы сменила большая равнина, и Лобов поразился тому, что вся поверхность земли разбита на прямоугольные участки с различными оттенками зеленого цвета. Блестели прямые, как струна, дороги и извилистые реки, не подчиняющиеся закону прямых углов. Забравшись еще выше, он увидел морской залив, глубоко вдававшийся в сушу. Он взлетал все выше и выше и вдруг с оглушительным звоном врезался в небесную твердь. Все моментально перевернулось. Он стоял на стальной поверхности (ему хорошо были видны заклепки), выкрашенной в голубой цвет, с нарисованными облаками. Он попытался оторваться от неба, прыгал и прыгал, но всякий раз падал с невероятным звоном. Охваченный паникой, Лобов проснулся.

Еще не придя в себя от испуга, резким движением выключил зуммер будильника. Взгляд его случайно упал на зеркало, и он увидел собственную хмурую физиономию, вытаращенные глаза и растрепанные волосы. Чувство юмора вернулось к нему. Лобов привел себя в порядок и отправился в медицинский блок. Младший врач Луиза Шоутедени спала, уронив голову на стол. Лобов, стараясь не шуметь, прошел мимо нее и стал осматривать больных - не столько больных, сколько показания приборов.