- Твою мать, - изумленно сказал Игорь, больше слов у него не было. Он обернулся, посмотрел на забытую оборотнем фуражку: милицейский головной убор на глазах стал мятой серой шляпой. А чуть погодя шляпа обмякла, осела и превратилась в грязную тряпку, засаленный шейный платок. Игорь, содрогаясь от омерзения, подцепил ветошь спичкой, чтобы выбросить рвань в мусорное ведро, и замер - под тряпкой, стеклянно поблескивая в грозовом полумраке, лежала прозрачная желтая трубка. Та, которую Игорь когда-то принял за флейту…

Внутри трубки, свернувшись в клубочек, пряталась живая серебряная игла: достаточно было хорошенько дунуть в ту трубку, чтобы убийственный комочек полетел по назначению.

- Вот, значит, какие полковники на свете бывают, - огорченно пробормотал Игорь, - такие, понимаешь, совсем нехорошие, мать их… - и, ни с того ни с сего захихикав, швырнул тряпку в ведро. А потом, все еще нервно посмеиваясь, пошел смотреть, что случилось с дверью.

Вообще-то ежели по-житейски, то должен был сейчас Игорь биться в истерике или орать благим матом, снимая истошными воплями крутой стресс… или срочно звонить в психушку на предмет полного пансиона и длительного проживания в местах душевной скорби. Однако ничего такого делать Игорь не собирался: почему-то произошедшее его не сильно зацепило, словно с ним уже происходило нечто подобное. Когда-то.

Дверь, как он и ожидал, была выбита напрочь выбита и выброшена аж на середину коридора. Неподалеку, прислонившись к косяку, в дверном проеме своей квартиры стоял замечательный сосед Валера, как всегда, в грязном спортивном трико, как всегда, нетрезвый, как всегда, с полным стаканом в одной руке и надкусанным пирожком в другой. Замечателен Валера был тем, что никогда не пьянел, как он сам о том говорил. Ну а то, что сосед регулярно валялся в коридоре, не добравшись до дому с дружеской попойки, не в счет - виноваты в том были магнитные бури и злобный НЛО, повадившийся облучать Валеру усыпительными лучами. Как он сам о том говорил.