Если мы хотим жить в нормальной стране, а не в этом дерьме. Трясу головой и потираю левую щеку. Под глазом набухает хороший синяк. Нет, я, конечно, прекрасно понимаю, что пока режим включен мне ничему новому в боевых искусствах не научиться. Даже прогресс определенный имеется с тех пор, как я научился ЗНАНИЕ в себе давить. Но, спрашивается, как я с таким фингалом сегодня вечером с Нинкой встречусь? Мы же на танцы собирались.

- Ну что, очухался? Вставай, - подает мне руку дядя Витя.

- Кажется, - я поднимаюсь, продолжая держаться за свое свеженькое украшение.

- Покажи-ка, - Вадим Федорович отводит мою ладонь в сторону, - Красовец! - говорит он, делая ударение на "о". - Ничего, до свадьбы заживет. Так, на сегодня достаточно. Мышцы покачали немного, теперь можно о делах наших скорбных поговорить.

- Почему скорбных? - удивляется дядя Витя, - парень на глазах растет.

Федорович смерил меня взглядом, совсем чуть-чуть поднимая голову, усмехнулся и сказал:

- Ростом-то он действительно уже вымахал, а вот знаний и умений пока явно маловато.

Ни фига себе, маловато! Сам же вчера на стрельбище говорил, что такой скоростной снайперской стрельбы из двух стволов он еще не видел. И зачет по методам маскировки в городских условиях я ему же с первого раза сдал.

- Ладно-ладно, - Вадим Федорович поднял руку в успокаивающем жесте, увидев мое возмущение, - не кипятись, кое-что ты уже можешь, но тебе, Денис еще учиться и учиться. Но сейчас разговор не о тебе.

Мы с Виктором сосредоточили свое внимание на подполковнике.

- Поступила информация от агентуры. Через три недели Прохоров закупает громадную партию наркотиков аж на два с половиной миллиона долларов. Где состоится сам обмен, мне должны сообщить завтра. У нас два варианта действий. Можем передать сведения в специальную службу моей конторы, - он ухмыльнулся, - мальчики в клоунских черных шапочках с шумом, со стрельбой что-то захватят, но большая часть продукта и денег в результате уйдет на сторону.