- Гормоны это в тебе играют. Подожди лет тридцать-сорок и все будет "авге махт".

Это "все хорошо" по-немецки, что ли? Во, шутник! Не буду я ждать. Мне сейчас кой-чего хочется! Причем, очень хочется! И причем тут гормоны и моя Настена? Сказал он, как в воду пернул!

- Ну, так, Денька, подаришь? - теребит меня сестра.

- Посмотрю на твое поведение, - отвечаю я, усмехаясь, - кто вчера вечером с веревок высохшую одежду убирать не хотел? Кто после ужина играть убежал, не помыв посуду?

- Дениска, ну пожалуйста! Я все буду делать, - канючит сестренка.

- Вот завтра и посмотрим, - оставляю я Настене надежду, - а сейчас дуй под душ и спать.

Она, припрыгивая, убегает, успев напоследок показать мне язык. А ведь спать она не станет. Включит в своей комнате телевизор, звук сделает потише и будет мультики смотреть. Придется мне обязательно зайти и, как всегда, выключить.

****

Губы - как оладьи, рожа - опухшая от фингалов, но в оставшиеся щелки видеть могу. Хорошо меня отметелили, качественно. Месили ногами все четверо. Школа защиты дяди Вити и подполковника пришлась в самый раз. Как успевал, валяясь на асфальте, прикрывать голову и живот - сам не понимаю. Наука на будущее. Всего-то два глотка джин-тоника. Нинке он чем-то нравится, а мне - до лампочки. Но вот вечернюю головную боль снимает мгновенно. Эти гопники прицепились к нам на танцах. Один хотел пригласить Нинку, но я не разрешил. Она и сама не хотела, но вслух запрет был от меня.

- Пойдем, покурим? - раздалось требование через десять минут. Злопамятный? Скорее дурной.

- Не курю, - холодно отрезал я. Лень мне тогда было его бить.

- Не тяни резину, пошли.

Не отцепится ведь. Ладно, я кивнул и направился за ним, уверенно наказав Нинель сидеть и ждать, и что все будет нормально. Только вышли на улицу, как подскочили еще трое.

- Он, оказывается, некурящий, - проинформировал своих дружков первый.