И вот мы на крыше завода, вернее, на гостевой площадке-парковке, абсолютно безлюдной, и это неудивительно, если вспомнить, что сейчас глухая ночь, хотя завод-автомат, разумеется, работает, но люди здесь и днем-то бывают редко, разве что проверяющие или ремонтники. Сейчас же мы на парковке одни, и можем начать выяснять отношения с назойливым прилипалой.

Мартин остается в мобиле – на всякий случай, вдруг наш пленник все-таки вздумает дать деру, а я подскакиваю к чужому «Сектарту».

– А ну все на выход, поговорим!

Из мобиля тяжело вываливается мужик средних лет с лощеной ухоженной мордой, в дорогом прикиде и последней моделью коммуникатора на запястье.

Заглядываю в салон. Похоже, мужик в «Сектарте» был один.

– Ты кто? – спрашиваю. – Зачем ты за мной следил?

Он трет руками лицо, будто у него болит голова, и отвечает несколько растеряно:

– Я следил… потому что… это… моя… работа…

– Ты что, папарацци? Или частный детектив? – нетерпеливо спрашивает Мартин. Он выходит из своего мобиля и приближается к нам.

– Частный детектив? – удивляется мужик. – А… Да… Кажется…

– Что значит, кажется? Ты что, не уверен?

– Не уверен, – охотно соглашается мужик.

– А где твой ИД?

– ИД… – задумчиво тянет мужик.

– Ну, идентификатор.

– Идентификатор… – изображает эхо мужик.

Мартин раздраженно сплевывает и бесцеремонно распахивает куртку у него на груди, снимает с шеи прозрачную бляху идентификатора и протягивает мне.

– Посмотри, что он за птица.

Прикладываю идентификатор к считывающей полоске своего коммуникатора. По экрану пробегают строчки. Читаю вслух для Мартина:

– Так… Иштван Саливан… 2444 года рождения… Женат… Проживает… Ага, вот. Место работы: Кардиологический Центр… врач-хирург…

– Вот так космические кочерыжки! – перебивает Мартин и с удивлением глядит на Иштвана. – Ты чего, и вправду хирург?!